Коммерсантъ: Путин делает все возможное, чтобы отвязать рубль от нефти

Александр Бутманов о связи рубля и нефти

Рубль укрепился после заявлений Владимира Путина, свидетельствуют данные Московской биржи. Ранее президент России заявил, что сейчас наблюдаются спекулятивные прыжки курса рубля, но это в ближайшее время прекратится. По его словам, события на валютном рынке не связаны с фундаментальными экономическими причинами. Управляющий партнер DTI Александр Бутманов ответил на вопросы ведущего "Коммерсантъ FM" Бориса Блохина.

10 ноября российская валюта укрепилась более чем на 1 руб. к доллару и евро. Курс доллара составляет 45 руб., а евро — почти 57 руб.

— Действительно ли заявления Путина повлияли на укрепление рубля?

— Российский рынок традиционно — и фондовый, и валютный — очень сильно реагирует на слова нашего лидера, потому что все виды власти, в том числе и монетарные, к нему очень прислушиваются. Поэтому, безусловно, очень сильно повлияли его слова. Повлияли бы они при любой конъюнктуре, но, как вы только что сказали, сейчас действительно отрастает нефть, отрастает условно на $1,5-2, это тоже помогает нашему рублю, поэтому рынок отреагировал на нашего президента. Но рынок также немножечко поддерживается тем, что коммодитиз и товарные активы, в частности, нефть, отрастают, это тоже надо учитывать, и долгосрочная корреляция рубля к нефти не ушла.

— А нефть почему сейчас начала расти, какие для этого причины были?

— Надо пойти с конца: причинами ее последнего падения были понижения цен Саудовской Аравии, но почему начали немножко отрастать — потому что опять у нас начинается легкая напряженность на Ближнем Востоке. В принципе, многие страны заявляют, что они при ценах на нефть марки Brent ниже $80 будут вынуждены принимать какие-то меры, и это тоже определенные вербальные интервенции. Товарный актив немножко отходит от своих локальных минимумов, и это абсолютно нормально.

— А рубль в этом случае будет и дальше укрепляться, или все будет зависеть от этих факторов, в том числе и роста цен на нефть?

— Долгосрочно, если, грубо говоря, для себя это определить, если вы смотрите на курс рубля ежемесячно или раз в две недели, вам достаточно смотреть только на нефть. Потому что долгосрочная корреляция никуда не делась, за последние три месяца нефть сделала -20%. Рубль сделал -30%, может быть, -35%, смотря какая валюта. К рублю добавилась геополитическая премия — в данном случае, скидка, то, что происходит у нас на внешних рынках, конечно, тоже влияет на рубль. Долгосрочно, если вы смотрите за пять лет, это все равно нефть ежемесячно.

Если мы говорим о краткосрочном, надо учитывать то, что такие заявления сделала и Эльвира Набиуллина, и те действия, которые делает наш Центральный банк. Это длинный аукцион РЕПО по предоставлению долларовой ликвидности и очень маленький, не замеченный рынком нюанс. Эльвира Набиуллина сказала, что мы предоставляем ликвидность по таким ставкам, но мы если увидим, что рынку такие ставки кажутся высоковатыми, именно предоставление долларовой ликвидности, то они готовы немного опуститься по этим ставкам. Это очень важно, потому что если по ставкам опускает Центральный банк, выставляя долларовую ликвидность дешевле, чем она есть сейчас, это означает по факту то же самое, что валютная интервенция, только возобновляемыми инструментами. Это очень существенный нюанс. Поэтому рынок еще будет реагировать и на это.

— Но это краткосрочные перспективы, а если говорить о долгосрочных, наверное, опять надо вернуться к нефти?

— К сожалению, да, ничего нового тут не придумано.

— Возникает вопрос, что там дальше, эта напряженность, которая возникла на Ближнем Востоке, какая-то общая напряженность в заявлениях, о которых вы сказали, это говорит о том, что возможно долгосрочное повышение цен на нефть, или сейчас трудно сказать, будет ли это дальше продолжаться?

— Очень сильно сейчас парализовались все западные аналитики, инвестдома, они поделились на два лагеря: тех, кто считает, что Brent с начала будущего года будет за $100, и тех, кто считает, что она будет валяться около $80. Мнения очень полярные, очень мало кто считает, что Brent останется на $85. Я, не скрою, отношу себя к лагерю оптимистов, потому что я предполагаю, с каких ценовых уровней сверстаны бюджеты всех восточных стран, и, конечно же, их социальные расходы неизмеримо раздуты относительно 80-90-х годов, они не смогут повторить тот кульбит, который они сделали с Советским Союзом, — это раз.

Плюс, опять же, добавим немного политики: обратите внимание, что наш лидер делает все возможное, чтобы рубль от нефти отвязать. Вот эти попытки довольно успешные, по торговле юанями и рублями это именно то, что нужно. Немножко посмотрим в корень, вглубь, валюта сильна только тогда, когда твои контрагенты, которые покупают и продают с тобой товары, принимают твою валюту. Это расширяет поле владения твоей валютой контрагентами. Соответственно, ты можешь эмитировать валюту практически бесплатно и экспортировать инфляцию.

А если ты можешь экспортировать инфляцию, за счет того, что тебе дают бесплатно в долг по факту, раз ты экспортируешь инфляцию, ты можешь свою экономику растить более быстрыми темпами, более быстрыми темпами ускорять, поэтому торговля за юани и за рубли — это именно то, что нужно. Это даже нужно больше, чем рост цен на нефть. Долгосрочно, если мы сможем выйти на уровень товарооборота за рубли хотя бы на 20%, это будет невероятная, фантастическая победа.

— То есть это своего рода "подушка", которая может удержать падение рубля в данном случае, я имею в виду торговлю за юани и рубли, такая "подушка безопасности"?

— Понемножечку эта диверсификация позволит нам не иметь такую инфляцию. А если она позволит нам не иметь такую инфляцию, Центральный банк сможет гораздо дешевле держать свою учетную ставку и кредитовать нашу экономику, вот и все. А если будет низкая учетная ставка — будет экономический рост. В текущей ситуации он невозможен.

Оригинал - Коммерсантъ.


Also published on Medium.